Андрей Вальшников: «Под видом брендового хмеля закупщики часто дают пивоварам дешевое сырье»

С какими результатами завершили сельскохозяйственный год российские хмелеводы, порталу Profibeer рассказал учредитель ООО «Агроресурсы» Андрей Вальшников.

— Уже второй год подряд погодные условия складываются благоприятно для российских хмелепроизводителей: мы собираем очень хороший урожай хмеля. Сейчас уборочная кампания уже завершена, и понимание того, сколько хмеля мы получили и по какой цене будет продаваться новый урожай, уже есть. Наши цены не привязаны к валютному курсу, однако их повышение с учетом роста производственных затрат — электроэнергии, ГСМ, печного топлива — к сожалению, неизбежно. Но, безусловно, с каждым пивоваренным заводом или пивоварней конечная цена будет обсуждаться индивидуально, и сейчас мы в активной стадии этих переговоров. Мы исходим из предварительных договоренностей с нашими заказчиками, поскольку не практикуем заключения фьючерсных контрактов: в силу нестабильности нашей экономической ситуации мы просто не имеем иной возможности достоверно просчитать себестоимость нашей продукции, кроме как по факту.

— Пожалуй, погода — единственный фактор, который сейчас играет в пользу российских хмелеводов. В остальном приходится полагаться только на себя: те, кто сидит на газовой трубе, точно не подвинутся. Инвесторы прекрасно понимают, что вложиться в производство хмеля означает буквально закопать деньги в землю на три-четыре года, пока вырастет первый урожай, и потому не спешат в нашу отрасль. Даже с получением положенных по закону субсидий на развитие хмелеводства — проблема. В прошлом году более 50% этих средств до нас как бы «не дошли»: Министерство сельского хозяйства России говорит, что деньги по этому направлению выделены в полном объеме, а наше региональное профильное ведомство утверждает, что деньги ими недополучены. Искать в этой ситуации правых и виноватых мы не можем, а вот предположить, что она еще не раз повторится, — можем вполне. Производственная база в хмелеводстве — тоже в некотором роде точка уязвимости. Например, импортный хмелеуборочный комбайн (в России подобные машины в принципе не производятся) стоит порядка 15 млн рублей (а для сравнения: зерно- или картофелеуборочный комбайн — около 5 млн рублей), плюс расходы на «растаможку», доставку, сборку — итого такая техника обходится в 20-25 млн рублей. Не каждый инвестор на такие вложения решится, и не каждое хмелеводческое предприятие такие расходы потянет.

— Что касается того, как сложится ситуация на рынке хмеля с учетом недобора урожая в Чехии и Германии, отвечу однозначно — в продаже чешских и германских сортов меньше не станет, недобросовестные российские перекупщики об этом позаботятся. Многие клиенты таких «поставщиков» наверняка сильно удивились бы, узнав о том, что некоторые брендовые сорта импортного хмеля, представленного у нас на рынке, на самом деле никогда не покидали своей исторической родины. Например, по официальным статистическим данным Чехии, в этой стране выращивается около пяти тысячи тонн хмеля, из них на экспорт идет 4-4,5 тысячи тонн, и почти 500 тонн из этого объема выкупает Германия. Думаю, сопоставление этих цифр с теми объемами хмеля, которые в совокупности продаются в России под видом чешских, тоже дало бы немалую почву для размышлений российским пивоварам. Откуда на нашем рынке в таком количестве жатецкий, например, хмель — вопрос, безусловно, важный. Но честный ответ на вопрос — почему такое псевдобрендовое сырье имеет спрос, на мой взгляд, гораздо важнее для пивоваренной индустрии. Кстати, напомню, что жатецкий хмель — безусловный «лидер» по количеству подделок — был завезен к нам в советское время, привит и районирован с учетом наших климатических условий и стал основой для сорта Московский ранний, который является таким образом его гибридом с материнским корневищем. И в 2008 году Чешский институт хмелеводства, куда мы отдавали на исследование саженцы Московского раннего, выдал заключение об идентичности этих двух сортов.

— К сожалению, многие пивзаводы в свое время сдали позиции по качеству именно в погоне за импортом. Кто-то делал это просто по причине живучести стереотипа «импортное — значит, хорошее», а некоторые и по другим, не таким безобидным, резонам. Ведь далеко не всегда на предприятии, особенно крупном, решение о закупках принимает лицо, заинтересованное в высоком качестве продукции и развитии самой компании, — будь то директор или собственник. Иногда эти полномочия делегируются людям, к сожалению преследующим лишь собственную выгоду. И не секрет, что ситуации, когда закупщик, не стесняясь, спрашивает у производителя о личных бонусах за заключение контракта, до сих пор имеют место. Понятно, что такой «специалист», если его должным образом «мотивировать», купит какой угодно хмель, без оглядки на качество и истинную страну происхождения.

— Тема фальсификата сырья редко становится предметом публичного обсуждения в силу своей щепетильности и недостатка официальных, подтвержденных данных. Мы заняли в этом вопросе вполне определенную позицию. У нас есть приоритетные задачи, которые, кроме нас, никто не решит. Мы работаем с пулом постоянных заказчиков, знающих уровень качества нашей продукции, от которых мы никогда не получали никаких рекламаций. У нас ротируются ряд пивзаводов и пивоварен, в том числе крафтовых, которые пока только в поисках собственного стиля и своего поставщика. А искоренение стереотипов относительно российского и импортного хмеля в головах некоторых пивоваров и борьба с ветряными мельницами — не наша миссия.