CAMRA: 40 лет в борьбе за сохранение настоящего эля

Уилл Хоукс, журналист и автор проекта Craft Beer London, к 40-летию организации CAMRA, отмечавшемуся в 2011 году, подготовил для The Independent интервью с основателями организации.

Как оказалось, иногда достаточно только хороших намерений. CAMRA  (англ. Campaign for Real Ale — кампания за настоящий эль), ставшая сегодня одной из самых успешных потребительских организаций Великобритании, и насчитывающая более 130 тысяч участников (примечание Profibeer: в 2015 году в организации уже 164 577 членов), была основана в 1971 году компанией друзей, которые ничего особенно не знали о пиве — кроме того, что одно пиво им нравится, а другое — нет. Они не понимали, чем бочковой эль отличается от массового пива в кегах, но хотели сделать что-то, чтобы остановить снижение качества британского пива.

CAMRA зародилась в самом западном пабе Европы (Kruger’s Bar в ирландском графстве Керри), который четыре друга – Майкл Хардман, Билл Меллор, Грэм Лис и Джим Мэйкин – посетили во время путешествия по Ирландии. Друзья и близко не были пивными экспертами.

— Мы не знали почти ничего, кроме самого важного: нам не нравилось пиво, которое подсовывали нам массовые производители. Некоторые пабы подавали пиво, которое нам нравилось. Я использую именно эту фразу — «пиво, которое нам нравилось», — потому что это все, что мы знали. Мы не знали, что это — настоящий эль, или традиционный разливной эль, или что-то в этом роде. Мы просто знали, что нам нравится определенный сорт – не слишком пенный и имеющий вкус, — говорит Хардман.

Хардман знал это только как «пинту горького, самого дешевого» — именно так он заказывал его в баре. Основав CAMRA, они уже спустя год после ирландского турне узнали все, что нужно было знать – а также узнали, что множество людей думали о пиве так же, как они. Нашествию пресных кеговых элей от крупных пивоварен теперь было что противопоставить.

—  Мы узнали о пиве от людей, которые к нам присоединились, и были ошеломлены их количеством. К 1973 году у нас было около 2000 членов. Еще через год число участников стало пятизначным, потому что о нас узнала общественность, — вспоминает Майкл Хардман.

— Достигнув первой тысячи участников, мы уже считали себя настоящими героями. CAMRA привлекала новых членов отовсюду. На северо-западе, откуда мы все родом, в первое время нашей работы к нам приходили разные люди – домохозяйки и почтальоны, викарии и водители автобусов. Самые разные люди только и ждали появления такой организации, как CAMRA, — говорит Грэм Лис, признавая, что такая быстрая известность стала для них неожиданностью: — Но, конечно, не все были довольны. Крупные пивоварни вскоре поняли, что CAMRA затруднит их работу. Успех организации потребовал идти на уступки. Переломным стал момент, когда крупные пивоварни больше не смогли игнорировать нас. Мы организовывали общественные марши в городах, где закрывались небольшие пивоварни. К проблеме подключались СМИ, и так мы еще сильнее раздражали крупных игроков индустрии.

Крупные пивовары – как минимум, некоторые из них — вернулись к настоящему элю. Событиям ранней истории посвящен документальный фильм The History of Camra.

CAMRA добилась большого успеха, хотя Хардман и Лис с конца 70-х немного отошли от дел. Лис пишет книги и выступает в качестве судьи на Great British Beer Festival, а Хардман, который 27 лет проработал пиар-консультантом в Ernst & Young, регулярно пишет публикации от имени CAMRA.

Тем не менее, эти люди неотделимы от созданного ими феномена. Например, их обоих очень раздражает бытующее мнение, что CAMRA – организация для бородатых дядек средних лет, обутых в сандалии.

— Печально это слышать, — говорит Хардман. — Я вижу людей на Пивном фестивале Великобритании или на наших ежегодных встречах, и бородачей на них меньшинство. Можно пойти на ипподром, увидеть там пару или дюжину людей в сандалиях и с бородами и сказать, что все любители скачек – бородачи в сандалиях. Проблема в том, что людей, одетых так, сразу видно, в отличие от людей в обычной одежде.

Майкл Хардман защищает право людей одеваться так, как им нравится, так же активно, как и позицию CAMRA в движении против использования кег в крафтовом пивоварении.

— Мы – кампания за настоящий эль, и должны защитить этот вид пива. Если кто-то думает, что обработанное пиво под давлением – в опасности, пусть начнет кампанию в его поддержку. Люди могут пить то, что они хотят. Я никогда не был против ни одного напитка. Я против только того, что мне подсовывают пиво, которое я не хочу пить. Пабы, в которые я ходил, переставали наливать пиво, которое мне нравилось. Меня расстраивает то, как бочковое пиво буквально вытолкнули со сцены

Лис, который живет и работает в Бангкоке, соглашается.

— Кто-то на недавней конференции CAMRA в Лондоне встал и предположил, что надо приветствовать крафтовое пиво в кегах. Но это же нонсенс, это сводит на нет весь смысл CAMRA. Если люди хотят запустить кампанию в поддержку этого – пожалуйста, но это не должно быть частью CAMRA. У нас есть более важные дела

Впрочем, Хардман со временем стал менее категоричным:

— Думаю, если кеговое пиво в 60-70-х годах было бы такого качества, как сейчас, CAMRA бы не было.

Грэма Лиса больше беспокоит будущее пабов. Он уверен, что CAMRA должна фокусироваться именно на этом.

— Сегодня CAMRA – успешная и опытная организация. 40 лет назад такое количество членов и представить себе было невозможно. Может быть, она сегодня стала слишком бюрократичной, но это неизбежно для организации среднего возраста. Думаю, CAMRA делает очень важную работу – например, борется за сохранение пабов. Это станет задачей следующего десятилетия. Только 53% пива сегодня пьют в пабах. CAMRA должна заняться этим.

Оба оптимистично смотрят в будущее. Сегодня в Великобритании 840 пивоварен (примечание Profibeer: по самым свежим данным CAMRA, пивоварен в Великобритании уже 1252).

— Я уверен, что у настоящего эля есть будущее. Хотя объем производства и доля на рынке снизились, повысилось разнообразие сортов. Я счастливый человек – могу поехать куда угодно и хорошо провести время, выпив пива, которое мне нравится. В последние годы я стал получать больше удовольствия от пива, — подводит итог Майкл Хардман.