Президент Goose Island: «Критика ранит нас, но мы продолжим делать то, что делаем»

Президент компании Goose Island Beer Co. Кен Стаут в интервью газете Chicago Tribune рассказал о том, как пивоварня старается сохранять авторитет, несмотря на критику самых рьяных сторонников крафта.

— Что хорошего, если бы мы толкались тут, в Чикаго, со всеми новыми пивоварнями, которые понаоткрывались за последние 10 лет? Это просто конкуренция. Так во всех индустриях. Но на пивную смотрят более внимательно, ведь пиво – это более личное дело, — говорит Кен Стаут, ставший президентом Goose Island в 2015 году. Он не обращает внимания и на стенания китайских крафтовых пивоваров, которым не нравится расширение присутствия Goose Island в Китае (это часть глобальной стратегии AB InBev).

Кое-кто из прожженных любителей крафтового пива навсегда списал Goose Island со счетов, после того как старейшую в Чикаго крафтовую пивоварню за 38,8 млн долларов купила Anheuser Busch. Но, по словам Стаута, до заключения сделки пивоварня просто не справлялась со спросом. Теперь же они варят больше разных сортов, чем когда-либо, дают больше рабочих мест и поставляют пиво на 13 экспортных рынков.

— Так вы были младшим из 15 детей? И каково это?

— Ну, самый старший был лучше всех одет. А вообще скучно никогда не было. Мама всегда говорила, что лучшее, что я могу сделать – это показать ей, что могу обойтись без нее. Быть самостоятельным. Получать хорошие оценки в школе. Не попадать в передряги. Это лучшее, что я мог сделать.

— Какие перемены принесла Goose Island сделка с Anheuser Busch?

— Когда мы в 2011 году заключили сделку с Anheuser Busch, у нас было около 110 работников на полную ставку. Сегодня их 150, и это число растет. Еще одно важное изменение такое: мы всегда делали классное пиво, и мы им гордимся, но наше партнерство с Anheuser Busch дало нам доступ к экспертизе и возможностям контроля качества, о которых пивоварни нашего размера могут только мечтать.

— Кое-кто больше не считает Goose Island крафтовой пивоварней, потому что ей владеет крупная компания. А с точки зрения Goose Island, значит ли что-то в этом смысле слово «крафт»?

— Мы не можем зацикливаться на критике, которую мы получаем. Мы о ней знаем. И да, она нас ранит. Мы из плоти и крови. Большинство из нас работали здесь и до сделки. Поэтому мы до сих пор здесь – для нас это очень положительное изменение. К нам хорошо относятся. И мы по-настоящему гордимся пивом, которое мы выпускаем. У нас очень высокий уровень товарищества.

— Если мы будем концентрироваться на том, что мы делаем, и на том, что мы делаем хорошо, и продолжим это делать, и будем играть по-честному, я думаю, критики будет меньше. Возможно, она не сойдет к нулю, но мы продолжим делать то, что делаем.

— Являются ли лимитированные релизы Bourbon County способом сохранения связей с пивным сообществом?

— Мы делаем Bourbon County с середины 90-х… Мы всегда были увлечены бочковой выдержкой, и Goose всегда был лидером в деле выдержки. И это не поменялось. Но да, сегодня это наш способ сохранить авторитет (хотя изначально так не задумывалось).

— Повредили ли репутации бренда прошлогодние проблемы с бактериальным заражением и последовавший отзыв продукции?

— Мы движемся дальше. Я думаю, мы хорошо решили этот вопрос. Мы выплатили компенсации или заменили бутылки всем потребителям. В результате наша программа бочковой выдержки улучшилась, и в Черную пятницу после Дня благодарения, наш большой релиз докажет это. Так что если очереди будут такими же, как обычно, мы поймем, что мы оставили это препятствие позади.

— Как думаете, не слишком ли много в Чикаго крафтовых пивоварен?

— Я не знаю. Интересный вопрос. Может, это как сказать, что у нас слишком много пиццерий и киосков с буррито? Не знаю. Жителям Чикаго нравятся пицца, буррито и пиво. Думаю, дело в том, что сегодня недостаточно просто открыться – нужно еще и варить хорошее пиво.

— Что нового ждет жителей Чикаго?

— У нас открывается новый ивент-центр в нашем отделении бочковой выдержки. Мы завершим стройку примерно через месяц, и там будут проводиться очень классные мероприятия. Мы хотим, чтобы в Чикаго было так же круто, как в долине Напа или в долине Сонома. Мы будем проводить кулинарные мероприятия с пивом, экскурсии по бочковому хранилищу и лекции о выдержке.

— Какой у вас самый крупный экспортный рынок?

— По-прежнему Великобритания, но мы есть и в Бельгии, и в Нидерландах. Мы только что открыли Францию и Италию. На Дальнем Востоке существует большой интерес к крафтовому пиву. Мы есть и в Южной Корее, и в Китае.

— А какой быстрее всех растет?

— С точки зрения абсолютного объема – Лондон. С точки зрения процентов роста – нужно проверить, но, я думаю, это Китай. Это огромный рынок, а у нас теперь есть брюпаб в Шанхае.

— Что повлияло на решение открыть брюпаб в Шанхае?

— Тамошняя инфраструктура. И то, что если мы этого не сделаем, то кто-нибудь другой сделает.

— Будет ли Goose в этом году выходить на новые мировые рынки?

— Конечно, определенно. Но пока не могу сказать, на какие.

— Вы собираетесь расширяться и в США, и на экспортных рынках. Но есть ли черта, которую нельзя пересекать? Ведь если пиво Goose можно будет купить везде, и оно перестанет быть чем-то особенным – разве это не повредит спросу?

— Это сложный вопрос, и мы его исследуем. Другими словами, если посмотреть на другие крупные, национальные крафтовые бренды, посмотреть на историю их бизнеса и роста – в какой момент их рост начинает замедляться? Так что мы знаем, с точки зрения истории, на каком этапе это может произойти. Поэтому мы думаем – чего нам опасаться? Как мы можем преодолеть этот момент?

— Мы участвуем в сети дистрибьюции Anheuser Busch. Это лучшая в мире дистрибьюторская сеть потребительских товаров. Вероятно, мы могли бы продавать свое пиво в каждом магазине страны. Но не повредит ли это спросу? Это палка о двух концах. Мы исследуем этот вопрос, и у нас есть планы.