Вадим Дробиз: «Государство продолжает обманываться в отношении результативности своей антиалкогольной политики»

В какую сторону двинется развитие алкогольной отрасли, если, по мнению участников рынка, верхняя планка избыточного регулирования введением ЕГАИС, журнала учета розницы и возможным ограничением ПЭТ успешно взята? Об этом размышляет директор Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя (ЦИФРРА) Вадим Дробиз. 

— Прогнозировать следующие шаги РАР нет необходимости — план деятельности этой службы утвержден до 2018 года, и пока в этом сценарии нет никаких отклонений. Формируется Дорожная карта, за основу которой также взят этот план работы. Думаю, бизнес в ближайшем времени будет озабочен тем, чтобы справиться с последствиями уже введенных мер регулирования.

— Справедливости ради вспомним, что РАР воплощает в жизнь инициативы, которые исходят от законодательной и исполнительной власти, и начало работы этой службы напоминало Великую Французскую революцию)). За 2009-2011 гг. служба провела  тотальную административную чистку алкогольного рынка (кому-то повезло в этой мясорубке остаться на рынке, половина игроков рынок покинула). И дальше те, кому повезло, могли бы работать вполне нормально, если бы не акцизная реформа 2012-2014 гг., провал которой признали весной 2014-го, заморозив акцизные ставки 2014 года на 2015-й и 2016 г. Не повторяя подробностей этой всем известной истории, отмечу, что реформа акцизов показала в том числе и огромную разницу в бизнес-процессах производства водки и пива, которая сейчас, при введении ЕГАИС, никак не учитывается. По уровню акцизов мы находимся уже в 2020 году, а по уровню жизни откатываемся все дальше назад. Потребитель попал в ножницы цен, сформированных акцизами, и собственных финансовых возможностей при прежней потребности в лекарстве от стресса — алкоголе (если не большей).

— Государство на самом высоком уровне продолжает обманываться в отношении результативности своей антиалкогольной политики. Более того, мы наблюдаем опасный тренд перекладывания ответственности за принимаемые решения в этой сфере с ведомства на ведомство, с федерального уровня — на региональный. В советское время говорили: «Государство сильно творчеством масс» — и вот уже наши регионы в массе своей, наделенные полномочиями в регулировании продаж алкоголя, вовсю пиарятся на этой теме, соревнуясь в изобретении новых форм запретов и ограничений.

— Что получит бизнес от вводимой в торговле и производстве ЕГАИС? По планам РАР, к 2018 году количество торговых точек, торгующих крепким алкоголем, сократится относительно общего числа магазинов, реализующих алкоголь, на 50%. В результате большая часть нелегальной водки уйдет в систему «подпольных» продаж: думаю, что в 2018 году крепкого легального алкоголя будет продано в легальной рознице  не более 95 млн дал, а 1 млрд 200 млн дал будет реализовано (и выпито) через альтернативную розницу.

— Сейчас у нас 240 тысяч торговых точек. Примерно 40 тысяч из них — это HoReCa, в которой алкогольный бизнес ничего не зарабатывает. Из оставшихся 200 тысяч магазинов 35 тысяч — ритейл, где ни производители, ни поставщики тоже не имеют почти никакой маржи, даже продавая водку по рыночной цене. А провал эксперимента с МРЦ на водку признали уже все, в том числе и ритейл, обнародовав тот факт, что водка, которая продавалась в сегменте 220-250 рублей в прошлом году, продается теперь по 185- 250 рублей в тех же объемах, то есть ее реализация никак не выросла. Остаются 165 тысяч торговых точек традиционной розницы, где участники алкогольного рынка могут  сегодня  что-то заработать.

— В 2018 году, по плану РАР, из этих 240 тысяч останется с крепким алкоголем  120. Около 30 тысяч, я полагаю, удержатся в сегменте HoReCa. В оставшихся 90 тысячах ритейл будет занимать 45 тысяч (учитывая его постоянно растущую динамику). На весь остальной рынок будет приходиться 45 тысяч магазинов традиционной розницы, то есть по факту торговых точек, в которых поставщики крепкого алкоголя имеют хоть какую-то маржу, станет в 4 раза меньше. Кстати, даже вопрос с бонусами сетям вряд ли будет решен; да и сети не сидят сложа руки, а активно развивают алкогольные СТМ.

— Таким образом, принимаемые меры приведут к тому, что большая часть легальной розницы будет «обелена» и станет образцово-показательной, зато альтернативная розница вырастет колоссально. Но, видимо, в глазах законодателей эти призрачные плюсы все же перевешивают, и поэтому Совет Федерации сначала голосует за введение ЕГАИС, а лишь затем его спикер Матвиенко заявляет, что у нее есть вопросы к работе РАР.

— В целом картина складывается довольно унылая, и вот уже 15 лет я пишу, что единственный путь к деалкоголизации и изживанию суррогата на рынке — доступность качественного заводского алкоголя всем слоям населения, включая самые маргинальные. Запад, привыкший все подсчитывать и просчитывать, много лет идет по этому пути, убеждаясь, что борьба с последствиями употребления и злоупотребления суррогатного алкоголя (если, конечно, вести ее на деле, а не на словах) обходится дороже, чем борьба с теми же последствиями от качественного алкоголя. А мы уверенно идем путем запретов и ограничений и, похоже, не хотим учиться ни на чужом, ни даже на своем опыте. В Ульяновской области, где уже три года крепкий алкоголь не продается по выходным, один из самых высоких уровней отравлений в России — 2-3-е место, и минимальный объем продаж легального алкоголя; есть опыт трехлетнего запрета продаж САН в Краснодарском крае; есть уже полугодичный негативный опыт создания спецторговли в Якутии — изучайте, господа чиновники. Кстати, сам розничный бизнес активно развивает формат спецторговли уже рыночным путем, «подсиживая» продуктовые магазины. Вам скоро придется продуктовую розницу у дома спасать...