Алексей Небольсин: «Люди находят в натуральных напитках то, что находили в свое время в водке, но с гораздо меньшими последствиями для организма»

В контексте удручающей статистики по алкоголизации в России регулярно возникает тема о необходимости перехода с северного типа потребления (крепкий алкоголь) на среднеевропейский (пиво, сидр) или южный (вино). О том, возможен ли такой переход, рассуждает Алексей Небольсин, член Президиума Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА России».

— Не секрет, что любая статистика — это всегда хрестоматийная «средняя температура по больнице», и цифры по уровню потребления алкоголя в России — не исключение. Россия — огромная страна, и если подходить к вопросу не усредненно, а более точечно, то я бы отметил, что в отдельных географических, геоклиматических зонах структура потребления алкоголя — разная, и сложилась под влиянием тоже очень разных факторов. Поэтому любые попытки найти панацею, некий универсальный метод для решения проблемы обречены, на мой взгляд, на провал. Возьмем, например, районы Крайнего Северы — Якутия, Чукотка, Таймыр, где крепкий алкоголь доминирует в потреблении. Ну какое при −50 °С вино? Такие климатические условия предопределяют выбор крепкого алкоголя, и никакими запретительными мерами этого не изменить — пустая трата времени и денег. Или другой пример — южные регионы, где кардинально иная  ситуация: Северный Кавказ не знает проблемы алкоголизма, здесь вопрос решен соответствующими религиозными установками. У нас есть российская глубинка, где бутылка водки до сих пор — валюта абсолютно на все случаи жизни. И правильное регулирование в этом случае — это борьба не с водкой, а с ее суррогатами. К тому же если в ближайшее время не примут решений по акцизам на крепкий алкоголь и цена водки и дальше будет расти, то официальная статистика покажет снижение потребления, но этими цифрами не стоит обольщаться — водку просто заменит самогон, тренд домашнего изготовления алкоголя очень стремительно набирает силу.

— И наконец, есть крупные города в средней полосе России, где уже наблюдаются позитивные тенденции: потребление водки и пива уменьшается, потребление вина, сидра, медовухи идет вверх. Люди, которые делают такой выбор, — в возрасте 20 — 45 лет, им не все равно, что происходит с их здоровьем, и они ищут в натуральных напитках то, что находили в свое время в водке, но с гораздо меньшими последствиями для организма. Вот здесь попытки привить культуру южного потребления вкупе с последовательной государственной политикой в этом вопросе дадут свои плоды. Второго фактора, к сожалению, пока не наблюдается. Развитию малых форм виноделия дали «зеленый свет», пиво получило некоторые послабления в рекламе, а сидроделие остается пока несправедливо забытым. Сегодня профильный комитет «ОПОРЫ России» настойчиво продвигает идею включения производства сидра в перечень отечественной сельхозпродукции. Казалось бы, идея вполне логичная — ведь если вино, сделанное из российского винограда, является отечественной сельхозпродукцией, то почему сидр, сделанный из наших яблок, нет? Если мы будем услышаны законодателем, в скором времени потребитель увидит на прилавках магазинов большой выбор этого напитка, потому что это даст толчок привлечению малого и среднего бизнеса в эту отрасль. Более того, мы решим таким образом две проблемы сразу — стимулируем южный тип потребления алкоголя и прекратим, наконец, сокращение площадей, занятых под семечковыми культурами. В результате вырубки фруктовых садов с 1995 года их площади сократились с 240 до 150 тысяч га. Во всем цивилизованном мире фруктовые сады — неприкосновенные земли, ведь чтобы сад вызрел и начал полноценно плодоносить, нужно от 5 до 12 лет. У нас же до сих пор ценнейшее своими пектинами и кислотами яблоко почти на 30% идет на корм скоту.

— Надо поддержать сидроделие, а не загонять его в угол. Но пока вместо помощи мы получаем лишь сигналы о том, что есть установка регулятора — обратить самое пристальное внимание на сидроделие при проверках и найти нарушения у производителей сидра любой ценой. Не прошло и двух лет с момента введения печально знаменитого своими последствиями лицензирования сидра, пуаре и медовухи, как отрасль снова оказалась под ударом. Сейчас нашу идею об отнесении производства сидра к видам сельскохозяйственной деятельности поддержало Минэкономразвития, но отклонил — вполне ожидаемо — Минфин. Но мы уверены в ее целесообразности и не дадим отложить этот вопрос в долгий ящик.