Александр Громов: Я, можно сказать, представитель мини-пивоваренного бизнеса. И у меня вопрос как раз на тему пивных напитков, потому что я слышу со всех сторон о том, что некоторые производители слабоалкогольных напитков нашли в статье о пивных напитках некоторую лазейку для продажи своей продукции по более низким акцизным ставкам. При этом это дискредитирует небольшие пивоварни, которые пытаются экспериментировать со своей продукцией, создавать интересные сорта из локального сырья, может быть, добавлением яблок, фруктов в пиво в небольшом количестве. То есть поддерживающие сельских производителей. И это уже считается пивным напитком. И не совсем понятно, как это вообще соотносится. Потому что потребитель банально видит такую надпись, уже воспринимает негативно, потому что думает, что пивной напиток – это что-то непонятное. Это к тем же Hoegaarden с цедрой, Guinness и так далее. И это бред, серьезно. Спасибо.

Вадим Живулин: Это как раз тот самый случай, когда была попытка пройти сложный отрезок пути, принять такое решение. Нужно было его принять и как-то разграничить пиво, которое всеми воспринималось как исключительно «вода-солод-хмель» в определенном соотношении, и все остальные напитки, где есть какие-то другие компоненты. И тогда было принято неосторожное решение разделить на пиво и пивные напитки. И сегодня, насколько я знаю позицию регулятора, от этого решения принято отойти и назвать такое пиво специальным. И в этом смысле, если сегодня такое решение будет принято, то проблема с пивными напитками, видимо, плавно сойдет на нет. Такое пиво, о котором вы говорите, в перспективе должно называться специальным пивом, что, пожалуй, вполне закономерно, и это нужно было сделать с самого начала.

Андрей Губка: Это один из примеров, как государство неумелыми шагами по регулированию создает вместо блага (экономического, социального, любого) наоборот негатив. В чем заключается негатив? Не было пивных напитков, было только пиво, и все уплачивали акцизы в сто процентов, все работали в белую, прозрачно, не было никаких вопросов. Создали эту категорию, и тот, кто до этого к пиву не имел никакого отношения, но не захотел стать категорией слабоалкогольных коктейлей, сделал очень просто – поменял этикетку, не меняя рецептуру и не покупая пиво, а, может, и покупая, для вида. Поменял этикетку, и теперь РАР задает вопрос пивоварам: «Ребята, а почему отрасль непрозрачная?» А пивовары к этому никакого отношения не имеют. Ни один из пивоваров этими продуктами не занимается, их не производит. Пивовары варят пиво, а этот продукт ни к пиву, ни к тому же пивному напитку никакого отношения не имеет. Поэтому государство неумелыми действиями создало проблему, загнало одну отрасль в неудобное положение, а вторую отрасль, наоборот, простимулировало уклоняться от уплаты налогов, занижать эти налоги и выпускать не понятную до конца продукцию. И мало того, мы сейчас с РАР что обсуждаем? Мы обсуждаем новую рецептуру пива, специального пива и так далее. И вместо логики, о которой вы говорите сейчас, открытой логики, мы сейчас разговариваем о каком-то исключительном перечне, под которое можно подвести пиво специальное. Мы не говорим: «давайте откроем рецепту, как это было раньше»; мы говорим: «нет, давайте ее закроем… для того, чтобы опять бороться с какими-то мифическими вещами».