Галина Терешкина: — Добрый день участникам форума всем. Отвечая на вопросы, я, наверное, начну с того, что на сегодняшний день лицензирования производства пива и его торговли как раз не существует. У нас существует лицензирование алкогольной продукции, за исключением пива. Приходили в правительство, приходили в думу с предложениями как раз ввести лицензирование пива. По-разному все к этому относятся.

— Мы всегда поддерживали точку зрения наших предпринимателей, что вроде бы это как бы и излишняя мера, но на сегодняшний день, когда у нас, кроме лицензирования, существует еще и такая мера учета, как декларирование продажи пива, мы вдруг столкнулись с такой проблемой, что мы не знаем всех продавцов пива. Мы не знаем, кто у нас торгует. Они у нас, что называется, не сосчитаны. У нас никогда не сходятся декларации, которые сдают производители, сдают оптовые продавцы, и те, которые нам сдает розница. У нас все время идут огромные разрывы. И мы подумали, что, может быть, лицензирование как-то упорядочит этот процесс? Может быть, мы хотя бы узнаем всех, кто у нас работает на этом рынке?

— И на сегодняшний день моя точка зрения состоит в том, что лицензирование как таковое, оно, может быть, и нужно. Оно должно решать задачи, которые мы не можем решить теми инструментами, которые существуют на сегодняшний день. Другой вопрос, какое это лицензирование. Ведь когда я читаю предложения, которые исходят от нашего бизнес-сообщества, я понимаю, что они не против лицензирования, они против условий. Они именно против тех условий лицензирования, которые поставлены.

— И, наверное, предложения должны основываться на том, что это должны быть какие-то упрощенные условия для пива, не такие, как для алкоголя. Какие-то другие способы, вплоть до заявительного характера, но эта лицензия должна существовать, и мы должны контролировать этот процесс. Поэтому не против самого лицензирования, а против тех условий, которые оно выдвигает. И, наверное, можно рассмотреть как положительное введение лицензирования для пива, но на своих особых, условиях.

Евгений Быков: — По большому счету мне, как руководителю, мотивы-то понятны, для чего делается лицензирование. Вы сейчас ясно их обозначили, чтобы идентифицировать нас как производителей. Мы декларируемся, мы все показываем. Ну а что, другого способа неужели нет идентифицировать нас? И это, во-первых, первый вопрос на вопрос. А второй вопрос — я знаю, что большое количество подобных предприятий, как у нас, после введения лицензий, а пока непонятна прозрачность, какая это будет сумма, стоимость лицензии. Если как стоимость крепкого алкоголя, как вина, то она просто убьет наши предприятия. Это и рабочие места, и все остальное. Мы не будем существовать.

Терешкина: — Я и сказала, что это желательно особые условия лицензирования. Заявительный характер — это не означает, что кто захотел, тот заявил. Это означает, что, может быть, это не принесет дополнительных материальных затрат.

Быков: — Понимаете, почему я спросил? Потому что всем руководителям небольших предприятий непонятно. Система непрозрачна. Чего нам ждать в будущем, понимаете? Мотивы понятны: наполнение бюджета — первое, второе, как вы сказали, идентификация.

Терешкина: — На сегодняшний день для, допустим, алкогольного рынка, это абсолютно прозрачная система. Все, кто имеет лицензию, они совершенно прозрачны.

Быков: — А для чего тогда лицензия?

Терешкина: — Вот именно для этого. Они имеют лицензию, они прозрачны, а что касается пивного рынка, то отсутствие лицензии делает его непрозрачным.