ВНИМАНИЕ
Сайт содержит информацию,
не рекомендованную для лиц,
не достигших совершеннолетнего
возраста
Вам уже есть 18 лет?
ДА
НЕТ
Главная - Главное - Борис Родионов: «Для борьбы с контрафактом нужна социальная водка по 60 рублей»
Главное

Борис Родионов: «Для борьбы с контрафактом нужна социальная водка по 60 рублей»

Profibeer завершает публикацию расшифровок выступлений участников «Алкоконгресса-2016» и публикует выступление писателя, историка водки и владельца частной винокурни «Родионов с сыновьями» Бориса Родионова.

– Я скажу, без ложной скромности, моя работа легла в основу возрождения в России другого класса напитков. Мы привыкли, что у нас есть только водка, и, более того, она считается национальным напитком. Я своими книгами, историческими работами показал, что современная водка – это не национальный русский напиток, это разведенный спирт, который появился 115, сейчас уже 116 лет назад, и он никак не может претендовать на звание национального напитка по ряду причин. Ну, так привыкли, ради бога, никуда от нее не денешься, но хотя бы вернуться к тем напиткам, которые были по-настоящему национальными. А национальные напитки – это напитки на основе дистиллята, то есть это в перегонных кубах, так же, как делается виски, коньяк и все остальное, это дистиллят. И когда я об этом писал, книги писал, я пошел потом к водочным магнатам и говорю: давайте восстановим, не надо водку убирать, к ней добавить надо новые напитки, но мне никого не удалось убедить, и тогда я решил заняться этим сам, и теперь я превратился в предпринимателя, производителя, у которого собственная винокурня.

— Я рассказываю эту историю, чтобы прийти к проблемам, которые встали на моем пути и тех, кто идет сейчас по моим стопам. Слава богу, сейчас я насчитал уже пять выставок, которые тоже позиционируют себя как восстановители старых русских крепких напитков. То есть, начинает нарождаться некое такое движение. Но проблемы, с которыми мы столкнулись, я хотел бы их озвучить, и я думаю, что здесь сидят виноделы, это, конечно, немножко разные вещи, но многие вещи стыкуются, многие проблемы похожи.

– В чем дело? Смотрите, когда я собрался делать старые дистилляты, естественно, я хотел делать это в России, когда я пришел и говорю – дайте мне лицензию и условия, я вообще ничего не понимал и никогда в жизни не занимался алкоголем. И быстро выяснилось: в России делать нельзя. Нет документации соответствующей, нет ГОСТов, ну что ж, я начал работу по ГОСТам. Нашел людей, которые меня поняли, запустили эту работу, но я тоже понял, что это минимум три года. Минимум! На самом деле, больше прошло, и поэтому, запустив работу по ГОСТам, я решил открыть производство в Польше. И теперь у меня своя винокурня, которая называется «Родионов с сыновьями», и производит эти старые напитки под брендом «полугар», она находится в Польше. Но летом этого года минувшего этот ГОСТ, который я запускал, они заработали, то есть, пожалуйста, теперь можно делать в России. И, собственно, я немного так взбодрился, и кругом меня все спрашивают: ну что, теперь-то будешь в России делать наши напитки? Я сунулся, но понимаю, что я опять не могу делать в России. Почему? Потому что все законы, которые существуют в России для производства алкогольных напитков, по крайней мере, крепких, они заточены, во-первых, под большие предприятия, то есть, там громадные цены за лицензии, громадные расходы, которые нужно нести при открытии, а я-то говорю о малом предприятии, у меня частная винокурня, у которой всего-то два перегонных куба стоят, а выпускать больше бесполезно, у меня элитные напитки. И я ничего не могу сделать. Я могу заплатить десять миллионов за лицензию легальную, мне нужно поставить очистные сооружения, которые стоят минимум три миллиона долларов, я никогда в жизни их не окуплю, то есть, законы… Законно вроде бы я имею право, но реально ничего сделать не могу. Это бесполезно. И если вы посмотрите, пройдетесь, мои коллеги, которые выпускают… Я везу из Польши исконно русские напитки. Другие везут из Словакии, из Болгарии, где угодно, но не в России, потому что у них те же самые проблемы.

—А теперь дальше. Вот я же пробил ГОСТ, давайте я, может быть, пробью законы, которые  облегчат открытие этих малых винокурен в России, для этого мне нужно сделать дифференциацию. У тебя малое предприятие? Ну и отлично, вот тебе лицензия будет стоить намного меньше, требования к очистным сооружениям вообще снимаются, потому что, например, у меня в Польше, я произвожу, у меня крестьяне приезжают и забирают мою барду, которая остается, просто мне еще деньги платят за это, потому что это великолепный корм скоту. И здесь, в России, я поставлю рядом с фермой, зачем мне нужны очистные? В законе будет прописано: не надо для таких очистные. И так далее.

– Но я прекрасно понимаю, что даже запускать такой закон бесполезно. Вот его пробить никогда не получится, а почему? Да потому что у нас задача законотворчества – не облегчить работу предпринимателей (я думаю, что в винной области тоже), а как бы чтобы не воспользовались этим нелегальные производства, криминал. У нас сейчас на уровне Матвиенко, на официальном уровне озвучено, что 65% крепкого алкоголя производится в нелегальном поле, поэтому любое законодательство регулирует только 35% производства. Ну и что с него толку-то? И любой закон рассматривается с точки зрения – а как бы еще не увеличить криминал? И понятно, что если я буду лоббировать и пролоббирую наконец-то, любой, который хочет поставить подпись под моим законом, значит, он будет думать: «Ни фига себе, значит, если я разрешу, значит, весь криминал двинется сейчас в это малое производство, на законном основании получит лицензию и начнет химичить? И если за крупными мы уследить не можем, то что же с этими малыми?

— Поэтому задача какая встает, то есть я чем сейчас занимаюсь? Я занимаюсь не столько производством, я занимаюсь тем, что я разрабатываю, что делать с криминалом. И я предлагаю, второй год предлагаю, я идеалист, наверное, но я говорю: с криминалом можно бороться только одним способом — надо перехватить у него инициативу. Знаете, сколько продается, минуя легальные магазины? 900 миллионов литров. 65% — это мимо всяких магазинов, мимо акцизов. Понижать акцизы или повышать акцизы – да кому это интересно?! Потому что это только для легальной, вот работает кто легально, вот тому это и интересно. А основная масса крутится-то мимо. Поэтому нужно бороться. И бороться можно одним способом: отобрать у него потребителей.  А потребители – это 25 миллионов человек, которые живут в нищете, которые не могут идти в магазины. Они не могут купить водку даже по 100 рублей, по 180 рублей. Ребята, откройте глаза! Вот о чем я говорю сейчас. Поэтому что бы вы там ни придумывали у себя и как бы ни боролись, эти люди будут 25 (примерно, не хватайте меня за язык, но примерно такая цифра, пока у криминала есть потребитель в таком размере), 25 миллионов, победить его невозможно. А значит, надо перехватить.

— Государственная социальная водка. По 60 рублей. Вот я положил у себя, где-то тут у меня была статья, я ее просто размножил, посмотрите, если кому интересно, там цифры, с которыми совершенно спокойно можно продавать по 60 рублей точно так же, как это продают те ребята, ведь у государства есть возможность сделать дешевле себестоимость, чем в гараже любом. Они берут тот же самый спирт, который производится на предприятиях, в основном. Поэтому спокойно можно делать социальную водку и продавать ее в легальных магазинах по 60 рублей. Ну как же так, это все ее будут покупать по 60 рублей, зачем по 200, акцизы что? Значит, ее нужно делать невкусной. Пусть невкусная, но она пройдет Минздрав. Мужики, вот кто-нибудь пьет спирт, просто что такое водка, водка – это разбавленный спирт, но прошедший обработку либо углем, хотя некоторые заводы мне рассказывают, что они даже углем ее не обрабатывают, но зато туда глицерина, соды, сахарочку, в общем, делают из нее питкую, вкусную. Не делайте, разбавляйте и все. Нормальный человек лучше заплатит 200 рублей, если у него мало денег, а если у него много, то 1000 заплатит и купит в магазине.

— В Америке есть виски, который продается, литровые пузырьки стоят два доллара, переведите на наши деньги, литровая бутылка виски. Что, вся Америка покупает эти литровые за два доллара? Ничего подобного, они покупают нормальный виски по 20-30 долларов, не больше. А это пьют маргиналы, но они заботятся о своих маргиналах, чтобы они не покупали гаражное производство, а покупали государственное производство. Давайте тоже заботиться о своих маргиналах. Я сейчас говорю не с точки зрения, что я такой заботливый. Если появится социальная водка и не будет криминального производства, тогда будут появляться нормальные законы. Те, кто с этим всем борются и мучают нас ЕГАИС. Я ненавижу этот ЕГАИС и понимаю, что он никому не нужен. Нигде в мире нет ЕГАИС. Я вот произвожу в Польше, а продаю по всему миру: в Англии, во Франции, в Америке, в Китае. Нигде нет ЕГАИС. В результате у нас куча народу занимается ЕГАИС, замучили всех производителей и продавцов, да еще у них эта система не работает постоянно. А если не будет криминала, то зачем ЕГАИС? Он не нужен. И тогда все можно поснимать и начать нормальную работу. Вот у меня производство в Польше. Никто даже не интересуется, как я работаю. Я, когда произвожу, даже сертификат не делаю. Я говорю: а как же? Я сделаю продукцию, продам в магазин, и ей кто-то отравится. Кто будет отвечать? Мне говорят: ты.

Юдич: — То есть в резолюцию Алкоконгресса мы можем внести инициативу о создании народной водки. Второе – мы можем говорить о том, что мы предлагаем введение лицензирование малого и среднего предпринимательства в крепких напитках. Можем?

 – Первое: я хотел бы, чтобы в результате мы говорили о том, что для малого бизнеса в этой области и для вина тоже, которые работают не с миллионами бутылок, как в водке в месяц, должно быть другое законодательство, и его нужно прорабатывать. Мы не пройдем этот путь просто так – нужно убрать криминальное производство. Это достигается путем создания социальной водки.

Юдич: — Борис Викторович, при всем моем уважении к вам, вы не благодатную аудиторию с предложением здесь вышли. В первой половине, если бы вы выступили, может быть, вас поддержали. Но если водка будет стоить 60 рублей, то вино кто будет пить?

– Я же сказал по 60 рублей, но невкусная до того, что нормальный человек пить это не будет. А тот, кто будет покупать это за 60 рублей – он ваше вино не пьет. В СССР было другой решение этой проблемы. Мы любим наступать на грабли и изобретать то, что давно было изобретено, но мы об этом забыли. Если мы вернемся в СССР в 70-80-е годы, когда было достаточно много людей, у которых не было денег, чтобы покупать что-то дорогое. Для них выпускалось огромное количество крепленого вина. Продукта, сделанного на основе винограда, с добавлением некоторого количества этилового спирта, но это бы продукт доступный, и он был во много раз полезнее, чем просто разбавленный спирт с водой. Поэтому здесь нужно посмотреть и подумать, чем нужно напоить эти бедные 25 миллионов, которые жаждут какого-то дешевого пойла. В конечном итоге может оказаться, что они не будут пить ни дешевую водку, ни дешевое вино. А будут употреблять аптечные напитки, которые дешевле. Это дискуссионный вопрос. Сейчас существует рынок шестидесятирублевой водки? Существует. Есть производители, которые ее производят? Есть. Потребители? Есть. Государство, возьмите это в свои руки.

Вопрос из зала: — Почти все сидящие в этом зале понимают, что государство уже взяло в свои руки этот рынок. Те люди, которые от имени государства управляют рынком – они есть на этом рынке. И мы с вами это понимаем. Проблема, о которой вы говорите, решается не путем перехвата знамени у криминала, а путем борьбы с коррупцией, потому что проблема, о которой вы говорите, порождена исключительно высоким уровнем коррупции. И дешевой водкой это не решить. Есть включать в резолюцию предложение о шестидесятирублевой водке – это будет маргинализация нашего форума.

Вопрос из зала: — Спасибо за то, что вы сделали этот ГОСТ. Мы его долго ждали. У меня есть вопрос. Есть ли законы, которые говорят о том, что нужно строить очистные сооружения за 3 миллиона? Я могу построить завод с очистными сооружениями и выпускать хлебное вино в России? Я готов заплатить сколько надо, но по моим сведениям мне не выдадут лицензию. Кому-то в России выдали?

—  Нет еще такого идиота, который вложит 4-5 миллионов долларов в это хлебное вино, но если такой найдется, то дорога ему открыта. У вас могут быть проблемы, но чисто в законодательном русле – дорога вам открыта. РАР всегда проигрывает, когда с ним судятся, просто никто не судится.

Вопрос из зала: — Поймите, мы все с одной стороны баррикад. Если будет продаваться в аптеке спирт медицинский, там можно посадить нарколога. Но нормальный человек не будет покупать спирт, и водку по 60 рублей.

Вопрос из зала: Нужно уводить людей от спирта, смешанного с водой, потому что Россия им перегружена. Даже по официальным данным мы выпиваем по 8 литров абсолютного алкоголя на душу населения. Литров 6-7 спирта, разбавленного водой. Человека надо перетаскивать на продукты, сделанные из хмеля и ячменя, из винограда, из фруктов, на продукты естественного брожения. Чем меньше будут потреблять спирта, тем стране будет легче.  Народная водка – я не поддерживаю.

— Почитайте мои книги – нет большего врага водки, чем я. Водка – это страшный напиток. Это наркотик. Уменьшать надо, переходить на дистилляты, основная масса должна быть естественного брожения. Реально ничего нельзя сделать пока у тебя 65% нелегала. Что хотите решайте, но этими законами вы регулируете только 35%. Уничтожите криминал, все будет в руках государства – делайте что хотите. Но сейчас в ваших руках ничего нет. Все в руках у этих 65%. Они смеются над вами. У нас нет алкоголизации населения. У нас 40 миллионов вообще не пьет, 100 который пьют, из них 25 миллионов это потребители контрафакта те самые. И есть 75 миллионов, которые выпивают мало – это нормальные люди.

События (1)
посмотретьскрыть
< вернуться ПОДПИСАТЬСЯ НА РАССЫЛКУ
Добавить комментарий

Портал Profibeer не консультирует по вопросам, заданным в комментариях. Если вам нужна юридическая консультация, пожалуйста, обратитесь в раздел консультации.

Комментарии отсутствуют
Новости
все новости
07.12.2016
ВЦИОМ

Всероссийский центр изучения общественного мнения совместно с Открытым правительством составил рейтинг открытости федеральных органов исполнительной власти.

07.12.2016
«Российская газета»

В Чехии массово закрываются небольшие бары, кафе, рестораны и пивные, пишет «Российская газета».

07.12.2016
Союз российских пивоваров

31 золотая и 13 серебряных медалей вручены по итогам Международного профессионального конкурса, проведенного ВНИИПБиВП  при участии Союза российских пивоваров.

ПОДПИСАТЬСЯ НА РАССЫЛКУ
ПОДПИСАТЬСЯ